уществует много версий смерти Мэрилин Монро, случившейся в ночь на 5 августа 1962 года в ее доме в пригороде Лос-Анджелеса. По одной из них незадолго до того, как горничная обнаружила ее в кровати мертвой с телефонной трубкой в руке и с пустыми пузырьками от снотворных хлоралгидрата и нембутала на прикроватной тумбочке, Мэрилин была под действием наркоты и злобно ругалась с приехавшим к ней личным психиатром Ральфом Гринсоном. По другой - самая знаменитая блондинка планеты мило щебетала по телефону с сыном ее второго мужа Джо Ди Маджо. А потом вдруг раз - и отравилась.

Или даже ее отравили злые агенты братьев Кеннеди - президента США и министра юстиции, - с братьями у нее были компрометирующие романы. Версии были озвучены горничной актрисы Юнис Мюррей, особы довольно странной. Свидетелем смерти другой суперзвезды Майкла Джексона был его врач Конрад Мюррей. Чем не повод для любителей конспирологии для гипотезы «Заговор Мюрреев»?

Acedia, так на латыни именуется смертный грех уныния, обычно предшествующий самоубийству. Похоже, он и свел раньше времени в могилу главный секс-символ XX века.

Но существует и документальное свидетельство того, что случилось с Мэрилин Монро совсем незадолго до смерти. Точнее, за 48 часов. Магнитофонная запись интервью, которое взял у нее корреспондент нью-йоркского журнала Life Ричард Мэриман. Мэрилин была радушна, пила при беседе шампанское, часто смеялась.

В течение двух часов наговорила много чего. А две фразы были позже растиражированы и вошли в американский фонд крылатых выражений. «Успех, как икра. Но если ее много съесть, может стошнить».

И по поводу регулярно накрывавших ее депрессий. «Когда наступают эти тяжелые дни, иногда думаю: хорошо бы стать уборщицей. Но в глубине души я согласна оставаться такой, как есть». А последней фразой Мэрилин в ее последнем интервью стала:

«Я прошу вас, не делайте меня смешной». Вот! Именно этого всегда и боялась самая, казалось бы, успешная Золушка в мире. Именно этот страх загонял ее в постоянное уныние, которое лечила алкоголем и наркотиками, и загнал-таки в могилу.

Kaк часто девочки-безотцовщины придумывают себе красивого, благородного папу, который придет и спасет. Иногда даже в свою придумку влюбляются. Мэрилин не исключение.

Она никогда не видела своего отца Эдварда Мортенсона, по всей вероятности обыкновенного мерзавца без определенных занятий, бросившего в 1926 году беременную жену. Потому-то мама Глэдис и велела в крестильной книге записать дочь Норму Джин под фамилией своего нового мужа Бейкер.

Став симпатичным подростком, Норма придумала себе другого папашу, звезду экрана Кларка Гейбла. И вот что удивительно. В ее последнем фильме «Неприкаянные», где у Мэрилин была драматическая роль, партнером оказался Кларк Гейбл. Он уважительно и нежно относился к актрисе, но после съемок, увы, умер. В возрасте 59 лет..

Когда Глэдис стала постоянным клиентом психушек, Норма оказалась сиротой при живой матери. А потом будущая звезда попыталась перечеркнуть свое де¬ство, как страшный сон - приюты, нищета, голод, 10 (!) приемных семей, изнасилование. В 16 лет она ненадолго выскочила замуж за работягу Джимми Доэрти. Первое замужество не принесло ни малейшего счастья. Первый выкидыш и все последующие поставили Норме тяжкий для женщины диагноз - неспособность выносить и родить.

Когда Мэрилин казалось, что никто на нее не смотрит,
улыбка моментально исчезала с ее лица. 1960 год

Некоторым удается забыть детские неприятности и даже трагедии. Но только не Мэрилин. До самого конца она выбирала себе мужей и любовников старше себя и иногда весьма значительно. И многие мужчины видели в ней ребенка, недоигравшего, недокапризничавшего. И глубоко загнавшего внутрь страх перед наказанием. Однажды уже в звании звезды она опоздала на съемки на шесть часов. И совершенно по-детски принялась оправдываться, что не могла найти павильон, где снималась уже несколько месяцев. Просто живая иллюстрация к учению Фрейда.

Когда Норму Джин Бейкер засосала машина шоу-бизнеса и превратила в Мэрилин Монро, она продолжила комплексовать. С 1944 года ее фотографии на открытках и в журналах вполне успешно вдохновляли американских солдат, воевавших против Японии и Германии. Считается, что именно солдатские письма с возмущением, почему такую красотку не снимают в кино, заставили кинопродюсеров обратить на нее внимание. И когда началась кинокарьера, она снова впала в детскую депрессию - с чего они взяли, что она так хороша собой?

Визажисты превратили темноволосую девушку в эталонную блондинку. Но вот на пластическую операцию по коррекции формы носа она пошла уже сама. В двадцать один год. Считается, что Мэрилин Монро завела моду на дружбу кинозвезд с пластическими хирургами.

Поначалу были эпизодические роли. Но уже в 1948 году выходит фильм «Хористки», где у Монро роль не только со словами, но и с песенкой, исполняемой самостоятельно. Конечно, старлетка существо обычно подневольное. Куда назначит продюсер, там и снимайся. Что хочет режиссер, то и слепит. Ее назначили быть поющей и танцующей легкомысленной красоткой легкомысленных комедий и мелодрам. Мэрилин покорно согласилась.

У Мэрилин Монро было много знаменитых любовников, вроде Марлона Брандо или Ива Монтана. Уже после ее смерти растиражированный образ секс- символа многих подвиг на то, чтобы числить себя в ее бывших любовниках. Например, основатель Церкви Сатаны Антон Лавей относил себя к их числу, хотя в действительности его там и близко не было. Но это утверждение немало способствовало его популярности.

Главными же сексуальными партнерами оказались немолодой рекламный магнат Джонни Хайд и престарелый кинопродюсер Джо Шенк. Ведь в киномире зачастую карьера делается через постель. Шенку было уже за 70, так что особенных амурных подвигов от него ждать не следовало. Зато он нашел в Мэрилин Монро приятную собутыльницу. Даже если ей и не хотелось напиваться, детский страх заставлял ее покорно лечить чужую депрессию алкоголем. А заодно и свою. И привыкла к такому лечению.

Бурная личная жизнь открыла и второй тяжкий для женщины диагноз - фригидность и аноргазмия. Некоторые предпочитают получить удовольствие за счет количества. А когда не помогает - компенсировать при помощи спиртного или наркотиков. К их числу относилась и Мэрилин Монро. И как следствие, постоянная депрессия, сопровождаемая бессонницей, одолеваемой барбитуратами.

«Успех, как икра. Но если ее много съесть, может стошнить»..

Но вот в 1952 году наступил момент, когда с покорностью можно было заканчивать и начать диктовать свои условия. Момент славы. Когда календари с ее снимком, на котором она полуобнажена, появились в квартирах всех американских холостяков. Этот же снимок позже стал разворотом-ню в первом номере журнала «Плейбой». Так Мэрилин Монро сделали секс-символом Америки.

Если она настоящая актриса, то может требовать и настоящих серьезных ролей. Но что она получает? В 1953 году: «Ниагара», незамысловатый триллер; комедии «Как выйти замуж за миллионера» и «Джентльмены предпочитают блондинок». И далее ничего существенного, включая вершину ее творчества «Некоторые любят погорячее» («В джазе только девушки») (1959 год). Почему она не требовала? Чего боялась?

Нет, Мэрилин старалась. Не имея толком никакого образования за душой, она однажды поступила на подготовительные курсы в университет Южной Каролины. Ушла. Брала уроки актерского мастерства у Ли Страсберга и Михаила Чехова. И они, кстати, неплохо отзывались о ее способностях. Но и эту школу она не закончила. Страх перед трудностями, неуверенность в себе и обычный результат - понятно какой.

Лучший выход для душевно слабых женщин - замужество. Пребывание в тени супруга обычно успокаивает женщину. Но в данном случае это было невозможно. Слава Мэрилин уже превосходила славу ее небезызвестных мужей. А укрепить брак рождением ребенка она не могла.

В 1954-м меньше года продлился широко распиаренный ее брак с отставной звездой бейсбола Джо Ди Маджо. В 1956-м - полная противоположность союзу с могучим физически и недалеким интеллектуально спортсменом, союз с выдающимся драматургом Артуром Миллером, который был на 11 лет ее старше.

Ради этого замужества Мэрилин даже собиралась принять иудаизм, чтобы оказаться с мужем в одной конфессии. Брак продлился 4 года, но его трудно назвать хоть сколько-нибудь удачным. Уже через несколько дней после церемонии Миллер записал в дневнике: «Она мне кажется маленьким ребенком, и я ее ненавижу».

Хотя она и в этом случае старалась. В семейном гнездышке с ней по идее должны были встречаться не пьяницы-актеры, а писатели, в большинстве умеренно пьющие иудеи. Опять злосчастное несовпадение желаемого и действительного. Она боялась попасть впросак в умной беседе, а они не беседовали, а флиртовали с ней.

Вероятно, уже годам к тридцати у Мэрилин Монро хватило ума понять, что она всего лишь продукт умелого пиара по превращению хорошенькой простушки в секс-символ Америки и всего мира. И удовольствия ей это не доставляет.

Сыграть Офелию или Клеопатру ей ни один режиссер никогда не предложит. Только глупенькая блондинка с песенкой «I Wanna Be Loved by You». Вот ее потолок. Мэрилин была вовсе не уверена, что эта песенка будет звучать и через 50 лет. Можно сказать, что, оказавшись на вершине Олимпа поп-культуры, она пыталась справиться с предложенными ей стереотипами секс-символа и стать кем-то позначительнее. Но для этого, видимо, надо быть поумнее и посильнее. Монстру поп-культуры было достаточно лица и тела знаменитой блондинки. И никому не было дела до какой-то там ее души.

Слава Мэрилин Монро в начале шестидесятых безусловно превосходила славу, скажем, Элизабет Тейлор. Но в 1961 году Лиз подписала контракт на исполнение главной роли в фильме «Клеопатра» за 1 миллион долларов, а Мэрилин предложили очередную легкомысленную комедию за 100 тысяч.

Трудно сказать, кто больше виноват во впадении Мэрилин Монро в тяжелый грех уныния, приведший к трагическому концу. Ее психиатр? Темная история с президентом Кеннеди и его братом Робертом, а также с известным другом мафиози Фрэнком Синатрой? Собственные слабости Мэрилин Монро? Ее внезапный уход не стал бы для тех, кто зарабатывал на ее имени и внешности гораздо больше ее самой, безвозвратной потерей. Даже наоборот.

Смерть в расцвете лет стала шикарным пиар-ходом в дальнейшей идолизации Мэрилин. Десятки подражательных смертей глупых девиц. До тошноты растиражированные Энди Уорхолом кудряшки и улыбки Монро. Непреходящая мода на блондинок с удивленно распахнутыми глазами. И этот поднятый вентиляцией подол платья как символ многообещающей сексуальности. ■

Источник статьи: Журнал "Story", Ноябрь, 2011 г.
Автор текста: Петр Кузьменко.